За месяц сайт посмотрели 5 782 посетителя
Настроение

Судьба, воля, ответственность

Жизненные принципы президента Вятской ТПП Николая Липатникова

Судьба или не судьба

— В моей жизни огромное значение имеет такое обстоятельство, как судьба. Судьба — что во время раскулачивания выжила моя мать. Судьба — что при отправке на фронт отец опоздал на эшелон, который попал под авианалет. Судьба — что я встретил свою супругу. Возможно, поэтому мне так нравится анекдот Юрия Никулина: «Из пункта А и пунта Б вышли поезда. Стрелочник не перевел стрелки, но столкновения не произошло. Почему? Несудьба!»

В нашей жизни огромное значение имеет то самое стечение обстоятельств. Судьба привела меня в Вятскую ТПП. Когда в старших классах друг получил очень серьезную травму, мы с другими ребятами постоянно помогали ему. В какой-то момент услышал о том, что я стал бы хорошим врачом. Но в мединститут так и не поступил, не хватило баллов. Подал документы на строительный факультет нашего политеха. Досдал физику, причем сделал это блестяще, хотя в школе имел по этому предмету не лучшие оценки. Так судьба закрыла дверь в медицину, но открыла другое направление развития.

После окончания института меня оставили на кафедре, направили на стажировку в Ленинградский инженерно-строительный институт заниматься наукой. Но тогда началась кампания о том, что в науку должны идти люди с практическим опытом. У меня его не было. Сам забрал документы и вернулся в Киров. Решил, что мне действительно нужно получить опыт работы на стройке. Позже защитил диссертацию. Тем не менее, стать чистым ученым оказалось «несудьба».
Кстати, в то самое время я был кандидатом в члены КПСС. Мой отказ от научной работы мог бы стоить будущего членства в партии. Но когда этот вопрос рассматривали на собрании, я получил поддержку. Так судьба открыла новую дверь, дверь для карьеры в сфере управления.

Даже то, что остался в Кирове — судьба. Однажды я получил серьезное карьерное предложение в Москве. Немаловажная деталь, на мой стол сразу положили ключи от столичной квартиры. Да, работа была бы тяжелая: 300 дней в году в командировках. Меня это не пугало. Одно но — не может нормальный мужчина по своей воле фактически оставить жену с маленьким ребенком. Кто-то скажет, что это была ситуация выбора. Я считаю — судьба.

Могу долго вспоминать то, что происходило с момента моего рождения до этой секунды. Пытаться найти ошибки или, наоборот, рассказывать о собственных достижениях. Но все сложилось так, как сложилось.

Привычка к труду

То, что фактор судьбы имеет в жизни такое значение, — не повод плыть по течению. В любом случае все достижения — это труд. Привычка к труду — вещь огромной важности. Большинство людей моего поколения так или иначе работало с детства. Родители почти сразу после возвращения отца с войны получили квартиру в Кирове. Но люди тогда жили очень скромно. Чтобы сводить концы с концами, мы держали в сарае кроликов, кур, другую живность. Естественно, за ними нужно было ухаживать. И само собой, я в этом участвовал с раннего детства.

В школьные годы труд постоянно присутствовал в моей жизни. Помню, после пятого класса я помогал копать картошку в колхозе. Когда уже начался учебный год, мне привезли первый в жизни заработок — 27 рублей. Для сравнения — цена мороженого тогда была 15 копеек. Я чувствовал себя очень богатым парнем.

После 8-го класса отец устроил меня на завод «Сельмаш». Я работал в цехе на штамповке борон. На моих глазах женщина, которая стояла за соседним прессом, лишилась кисти. Сейчас многие бы сказали, что такой «травмирующий» опыт просто недопустим для подростка. Но для меня это трагическое событие стало важным уроком. Я понял, насколько внимательно нужно относиться к технике безопасности. Это научило меня нести ответственность за свои действия, показало, насколько ценна и хрупка жизнь.

Я убежден, что попытка оградить детей от труда и даже от неприятных эмоций ни к чему хорошему не приведет. А ведь уже требуют освободить детей от дежурств в школе и летней практики. Однажды был на деловом завтраке с министром просвещения Ольгой Васильевой. Поставил перед ней этот вопрос. Что-то надо делать для того, чтобы изменить ситуацию. Сейчас мы совсем отстранили детей от труда. Это не может так продолжаться.

Как убедить министра

Безусловно, вопрос, чему учить детей — очень сложный. Мало школьника или студента научить какой-то конкретной специальности. Моя практика показывает, что нужны и другие умения. Сейчас их называют soft skills. Очень важны умения общаться, поддерживать деловые отношения.

Мой отец постепенно, шаг за шагом сделал хорошую карьеру. Стал руководителем объединения, в которое входили восемь промышленных предприятий, включая Кировкраску и Стрижевский силикатный завод. Понятно, что по работе он регулярно ездил в Москву в министерство.

Когда он возвращался из очередной командировки, я всегда интересовался, как там дела. Что получилось, а что нет. Именно его рассказы стали для меня очень ценными подсказками, как выстраивать отношения.

Помню такой его урок. Если хочешь чего-то добиться от министра, рассказывал он, к примеру, продвинуть свой новый проект, ни в коем случае нельзя идти прямо к нему. Первым делом нужно встретиться с начальником профильного отдела. Рассказать ему все в деталях. Выслушать возможные замечания и возражения. Может быть обсудить даже какие-то жизненные ситуации.

Зачем тратить несколько часов на общение с человеком, который не принимает самостоятельных решений? Потом, когда ты будешь докладывать свои предложения министру, учил отец, он вызовет этого начальника отдела и спросит его мнение. От того, какой совет он даст, зависит конечное решение.

Уже мой опыт показывает, что в этом случае есть шанс гораздо скорее получить положительное решение: «Да, ресурсов не хватает, но давайте посмотрим, где и как их можно получить».

Границы компетенции или безответственность: Где грань?

Каждый человек на своем месте знает куда больше, чем даже самый большой начальник. Глупо, например, мне давать советы сантехнику, хотя в свое время я работал на такой должности, чем, кстати, очень горжусь. Но это было в молодости, очень давно.

При принятии каких-то решений любой руководитель в первую очередь должен выслушать специалистов, тех, кто занимается этим конкретным делом изо дня в день, а не делать вид, что он главный и поэтому ему видней.

Но это не означает, что есть сферы, из которых руководитель или ведущий специалист может самоустраниться, к которым он может позволить себе быть совершенно равнодушным.

Все еще модно критиковать советский период, КПСС. Я обычно сразу пресекаю подобные разговоры. Для меня партия была огромной жизненной школой. Тогда партия отвечала за все. Сейчас, к сожалению, этого нет. Сейчас министр в региональном правительстве позволяет себе сказать: «Это вне моей компетенции. Этим должен заниматься сам бизнес». Я не понимаю такого подхода!

Во время моей работы в обкоме мы отвечали за все. За промышленность, за социальные условия, за то, что железная дорога не поставила в леспромхоз необходимое количество вагонов. Мы не могли себе позволить игнорировать все эти частности, ведь это люди произвели продукцию, это народное достояние, оно просто не может лежать без движения и медленно приходит в негодность.

Именно в то время ответственность за все происходящее в нашей области буквально пропитала меня. Поэтому я не приемлю возражений: «Это не моя компетенция».

Почему этот запрос адресован предпринимателям, а не министрам

На днях губернатор призвал представителей малого бизнеса подготовить предложения по развитию этого сектора экономики. Я очень признателен ему за готовность выслушать наши идеи. Но почему этот запрос адресован только предпринимателям, а не министрам и главам районов, чтобы каждый из них подготовил предложения по развитию МСП в своей сфере? Без встречных предложений диалог невозможен.

Как-то моя жена сказала: «Да успокойся ты уже!» Нет, я не успокоюсь. Неуспокоенность, неравнодушие — именно это и позволяет двигаться вперед. Но к любому движению нужно подходить рационально. Быть готовым отказаться от какой-то идеи, если по здравому размышлению оказывается, что она в какой-то период времени недостижима.

Порой слышу: «Липатников не любит критики». Как-то спросил у членов правления палаты: «А кто из вас любит критику?» Критика — это не женщина и не ребенок, чтобы ее любить. Критика — это лекарство, ее нужно принимать, чтобы что-то исправить. Она не должна доставлять удовольствие.

Считаю, что сейчас время собирать весь позитивный опыт, от кого бы он ни исходил. Только так можно обеспечить позитивное, поступательное движение. О чем бы ни шла речь: о стране, области, конкретном предприятии.

15-06-2019

Комментарии

comments powered by HyperComments