Начали с гаража, а сейчас наши роботы — в 45 странах мира
Меня часто спрашивают: кто мы вообще такие и почему так настойчиво говорим о роботах. Однажды в гараже пять человек сделали прототип сервисного робота, чтобы он помогал бизнесу продавать товары и услуги. Это был самый настоящий живой эксперимент. Первая его задача была очень простая: рекламировать цветы. Он ездил вокруг роз в торговом центре и говорил: «Кто розы покупает, тот всегда благоухает». И это дало цветочному магазину плюс 80% к продажам. Потом ему усложнили задачу: в углу была витрина с дорогими швейцарскими шоколадками, которые тоже плохо продавались. Робот начал рекламировать и их — получили рост продаж на 30%. После этого местный бизнес заказал у нас первые восемь роботов. С этого и началась история компании.
Нам понадобились инвестиции, меры поддержки, участие в конкурсах. Мы пошли в Generation S, взяли первое место по треку Industrial, на призовые деньги выпустили вторую версию робота — и стали резидентами Сколково, начали активно пользоваться мерами поддержки, в том числе по участию в международных выставках. Так началась наша международная экспансия. Например, на выставке в Японии мы заключили контракт с китайскими партнёрами на поставку 10 роботов. Участие в выставке в Париже принесло контракты из Европы. В итоге за всё время мы разработали и произвели около 1500 роботов, которые работают в 45 странах мира — на всех континентах, кроме Антарктиды. Сегодня у нас компания численностью около 130 человек. Наши роботы стоят, в том числе, в аэропорту Вашингтона: 6 машин помогают с навигацией, оплатой парковки, консультируют и просто взаимодействуют с людьми. И да, для нас это предмет гордости: в этом проекте мы выиграли конкурс у китайцев, японцев, американцев — у всех!
И при этом всё это сделали не где-то «там», а здесь, в Перми.
Создаём свою силиконовую долину в родном городе
Работать в Перми для меня принципиально важно. Нас много раз звали переехать: и в Москву, и в Китай, и в Европу. Были очень серьёзные предложения с релокацией. Но мы остались, потому что патриоты. Мы хотели собственным примером показать: в России можно создавать высокотехнологичную компанию мирового уровня. Более того — это можно делать не только в столице, а в регионе, в Перми! В родном городе создать свою силиконовую долину. Именно поэтому мы так активно занимаемся экскурсиями. За прошлый год нас посетило 17 тысяч человек! Мы сознательно открываемся людям, потому что хотим разрушить этот стереотип, будто за настоящими технологиями обязательно нужно куда-то уезжать. Если ты нацелен на результат по-настоящему, если готов вкладываться в продукт и правильно используешь доступные инструменты поддержки, то и в регионе можно сделать компанию, которая конкурирует на мировом уровне.
До 2022 года у нас очень активно росло направление сервисной робототехники. Около 60% выручки было валютной, мы были ориентированы на экспорт, получали награды как лучший экспортёр высокотехнологичной продукции. Но 2022 год многое изменил. Наша валютная выручка сократилась с 60% до 5%. И вот здесь случился важный разворот компании. Мы задали себе вопрос: где наш опыт сейчас нужен стране?
Мы нужны стране — роботизируем промышленность
И пришли к ответу, что он нужен в решении задачи технологического суверенитета.
При поддержке Минпрома мы начали с нуля разрабатывать промышленный манипулятор — робо-руку, которая может выполнять производственные операции без участия человека: упаковывать, сортировать, сваривать, наносить клей, герметик и так далее. В прошлом году запустили её в серийное производство. Мы вошли в реестр 719-й отечественной продукции — а это очень непростая история, в него попали всего 4 компании в стране. И это уже совсем другой этап нашей жизни.
Постепенно мы поняли: мало производить роботов. Чтобы робот появился на предприятии и реально заработал, нужно реализовать целый проект по роботизации. Это всегда изменение технологического процесса, оснастка, захваты, интеграция в производственную цепочку, подключение к конвейеру, к информационным системам, подведение электричества, выстраивание зон безопасности. И в этой общей стоимости проекта сам робот занимает примерно 20%. Остальные 80% — это интеграционная работа.
Так вот, в России компаний-интеграторов, которые реально умеют внедрять роботов, всего около 145. А проект по внедрению — это глубокое погружение. Одна такая компания может реализовать в год примерно 10 проектов, 20 — это уже предел. Если посчитать, получается, что все эти интеграторы могут обеспечить внедрение примерно 2000-3000 роботов в год. А чтобы выполнить задачу, поставленную государством, — войти в топ-25 стран по плотности роботизации к 2030 году, — стране нужно внедрять порядка 20 000 роботов ежегодно. Вот он, реальный разрыв. И отсюда у нас родилась очень важная мысль: роботизацию нельзя строить только на внешних интеграторах. На каждом предприятии должна появиться своя внутренняя компетенция в этой области. Как сегодня у каждой компании есть IT-служба, точно так же должна появиться служба по роботизации. Это может быть усиленная IT-команда или подразделение по бережливому производству, либо новая структура — вопрос организационной формы вторичен. Главное, чтобы внутри предприятия появилась команда, которая умеет внедрять роботов, обслуживать их и дальше с этим жить.
Конкурировать надо с импортом, а не друг с другом
Именно на этой логике построен наш Центр развития промышленной робототехники.
Мы подали заявку на конкурс и стали одним из первых таких центров в стране. Всего к 2030 году таких центров должно появиться 30. Причём я всегда говорю: сейчас не время конкурировать друг с другом внутри страны. Нам нужно ударить кооперацией по конкуренции. Конкурировать надо с импортом, а не между собой. Поэтому центры должны не бороться, а дополнять друг друга.
Что мы делаем в рамках центра? Создаём школу внутренних интеграторов.
Если на предприятии уже есть люди, которые занимаются чем-то похожим, мы начинаем с диагностики, затем проводим повышение квалификации — у нас есть образовательная лицензия — и дальше вместе реализуем проект: от написания технического задания до внедрения. Если таких специалистов на предприятии нет, проводим технологический аудит, показываем, где вообще применимы роботы, и под это рекомендуем создавать службу, которую потом ведём по тому же пути: от идеи и ТЗ до внедрения. То есть мы не просто говорим: «Вот вам робот, пользуйтесь». Мы сопровождаем, учим, встраиваем компетенцию внутрь предприятия.
Мы ориентированы прежде всего на машиностроение, приборостроение и металлообработку. Это те отрасли, которые и в Пермском крае хорошо представлены, и в мировом опыте идут следом за автомобилестроением по плотности роботизации. По сути, мы работаем с теми сегментами, где эффект роботизации особенно высок. И здесь есть ещё один важный момент. По данным Росстата, 86% предприятий не видят, как применить роботов в своей деятельности. Почему? Причины разные. Где-то это миф, что робот нужен только для гигантских серий и миллионов одинаковых деталей. На самом деле это давно не так. А где-то проблема в другом: стоимость внедрения выходит за горизонт планирования компании. Бизнес живёт в одном временном цикле, а эффект от роботизации начинает работать чуть дальше. И поэтому многим кажется, что это «не про них».
Но когда предприятие начинает внедрять роботов самостоятельно, силами собственной внутренней команды, стоимость внедрения снижается. Есть уже реальные примеры. Тот же КамАЗ публично говорит о снижении стоимости внедрения примерно на 50%, когда начал развивать внутреннюю интеграцию. А значит, резко сокращается срок окупаемости и роботизация становится экономически понятной. То есть развитие внутренних интеграторов решает сразу две задачи: увеличивает количество команд, способных внедрять роботов, и снижает стоимость внедрения.
Кроме этого основного направления, у нас есть ещё три поддерживающих. Первое — собственная производственная база. Когда внедряешь робота, очень часто нужны единичные детали, захваты, отдельные элементы оснастки. На серийном производстве это делать неудобно и дорого. Поэтому у нас есть свои станки и оборудование, на которых мы можем быстро выполнять такие штучные заказы.
Второе направление — опытно-конструкторские работы. В плотном контакте с предприятиями мы понимаем, какие задачи у них повторяются, где есть спрос на универсальные модульные решения, и можем оформлять это в ОКР, чтобы дальше давать отрасли инструменты, которые будут внедряться проще и быстрее.
И третье направление — кадры. Это вообще стратегическая тема. Потому что даже если ты обучил текущих сотрудников, рано или поздно встанет вопрос: а где брать новых людей? И поэтому мы в пилотном режиме запустили в Пермском крае проект, в рамках которого с сентября 2025 года начали внедрять блоки по промышленной робототехнике на всех уровнях образования: школа, СПО, вузы, действующие сотрудники предприятий в формате ДПО.
Роботизация промышленности — вопрос выживания, а не выбора
Я убеждён: в горизонте 10–15 лет роботизация для промышленности станет вопросом не выбора, а выживания. У нас есть демографический спад. У нас появились новые профессии, которых раньше просто не было, и они активно оттягивают людей из традиционных отраслей. У нас новое поколение, которое совершенно по-другому относится к условиям труда и к самой модели занятости. И этот кадровый вопрос — не проблема сегодняшнего дня, а длинный стратегический вызов. Если сейчас не решать вопросы роботизации и производительности, мы рискуем в горизонте 10–15 лет просто потерять промышленность. Нас сомнут. И другого выхода я здесь не вижу.
Нас двигает страсть к роботам
Нас двигает страсть к роботам и к приближению будущего. Сложности есть всегда. Без них вообще ничего не бывает. Если сложностей нет, это, скорее всего, повод насторожиться, а не расслабиться. Но когда у команды есть общая страсть, когда все про одно, все трудности решаются. Миссия нашей компании, может быть, ещё не отлита в бронзе окончательно, но по сути она для меня понятна: мы разрабатываем и производим роботов для жизни и для промышленности. Мы верим, что роботы станут обычной частью повседневности. Как телефон, как автомобиль. И речь не только про производство.
Я убеждён, что в интервале примерно с 2036 по 2040 год человекоподобные, антропоморфные роботы начнут широко входить в жизнь. Они будут решать бытовые задачи, задачи доставки последней мили, уборки, помощи по дому, работы на производстве. Они станут настолько же естественной частью среды, как сегодня смартфон. Это может быть личное устройство, а может быть сервисная модель — условно, робот по подписке или робот «по вызову», который приходит и делает задачу. Формы могут быть разными. Но сам факт для меня очевиден: роботы станут частью нашей жизни.
При этом я совершенно точно считаю, что не надо их одушевлять. Душа — у человека. У робота души нет. Да, заказчики часто называют своих роботов по именам, это нормально. Но внутри компании мы всё-таки стараемся на вещи смотреть трезво: робот — это инструмент, технологический партнёр, элемент среды, но не живое существо.
Когда оглядываешься назад, в 2013 год, и вспоминаешь, что всё началось с гаража, а сегодня 1500 наших роботов работают в 45 странах мира, мы влияем на повестку в стране и работаем для ее пользы, готовим кадры — этим невозможно не гордиться. Для меня в этом и есть главный смысл. Не просто делать устройства, а менять среду. Показывать, что будущее можно создавать своими руками. Здесь. В Перми. В России.
Фото предоставлены: ООО ПРОМОБОТ
